«Холокост» Лоуренс Рис

Лоуренс Рис Холокост

Из тех десятков авторов, работы которых я читал по тематике Второй Мировой Войны и Холокоста, пожалуй, самыми профессиональными можно назвать работы Яна Кершоу и Лоуренса Риса. Интересно, что они состоят в тесном профессиональном сотрудничестве последние четверть века. Все книги Лоуренса Риса отличаются исторической грамотностью, непредвзятостью, отходом от частого, среди историков, эмоционального подхода к повествованию. Автор не вешает ярлыки бывшим нацистским лидерам – его погружение читателя в тему происходит через сочетание документальных фактов и живых свидетельств интервьюированных. Лоуренс Рис уделяет важное значение мемуарам и личным беседам с людьми, которые были свидетелями, участниками или жертвами в событиях 1930-1940-х годов.

Лоуренс Рис

В предисловии к книге Холокост, автор подчеркивает, что эта работа стала определенной квинтэссенцией двадцатипятилетнего труда. За эти годы Лоуренс Рис стал продюсером ряда известных документальных проектов на BBC и автором одноименных книг. В частности, если вы читали “Нацизм: Предостережении истории” и “Освенцим. Окончательное решение”, начнете подмечать некоторую степень заимствования прошлыми работами. В частности, на горизонте воспоминаний людей вновь возникнут имена Петраса Зеленки, Оскара Грюннига, мемуары Адама Чернякова. Вместе с этим, огромный багаж собранных материалов, позволил использовать интервью, которые до этого не озвучивались в сериалах и в книгах Риса. После прочтения, я подробно проработал сорокастраничную библиографию книги и там часто встречается подпись «first published” (публикуется впервые).

Книга Холокост пошла дальше традиционного поступательного рассказа о формировании антисемитизма, о Второй Мировой Войне, гетто и лагерях смерти. Лоуренс Рис, как и многие авторы до него, пытается детализировать процесс внутри Третьего рейха и среди его лидеров, в частности, Гитлера, который привел к массовым убийствам, привел к Треблинке и Аушвицу, маршам смерти. Среди прочего, в книге используются документальные свидетельства, которые стали доступны историкам только в конце ХХ столетия, а некоторые, и вовсе совсем недавно.

Книга Холокост Лоуренс Рис

ORIGIN OF HATE (Зарождение ненависти)

В первой главе книги Холокост Лоуренс Рис начинает изложение темы с письма Адольфа Гитлера, датированного 16 Сентября 1919 года, написанного сослуживцу Гитлера по имени Адольф Геймлих. Это первое задокументированное свидетельство антисемитских взглядом будущего вождя Третьего рейха, несмотря на его собственные утверждения в книге Mein Kampf. Такое интроспективное вступление сменяется поступательным взглядом на формирование так называемого “еврейского вопроса” в Европе ос времен раннего Христианства. Как и Рауль Хильберг, автор уделяет внимание декламациям культовой личности Мартина Лютера и довольно быстро переходит к Германии конца ХIX – начала XX столетий.

Постепенное исключение евреев из общественной жизни, формирование образа виновного в собственных неудачах, отражение вопроса в литературе и журналистике, формирование пангерманских и откровенно антисемитских течений, более раннее использование свастики как отличительного знака националистического толка. Лоуренс Рис выделяет не только классические в историографии два деления антисемитизма: »расовый» и ‘‘религиозный», но и так называемый «народный антисемитизм». Приводит довольно интересную и редкую тему почти мифической связи немецкого народа с землей и лесами, активно поддерживаемой впоследствии нацистским режимом (вспоминает пропагандистский фильм Геббельса “Вечный лес” (Ewiger Wald).

Лоуренс Рис подчеркивает, что, если глянуть на Европу начала ХХ века, Германия не казалась той страной, в которой антисемитизм может быть позже доведен до того уровня, который мы знаем. Так как первая глава описывает период до 1919 когда, краткий экскурс охватывает, конечно, Первую Мировую Войну. Как формировался стереотип о том самом “ударе в спину” немецкого народа и армии. Как скрывались данные опроса, который должен был, по начальному мнению его организаторов из числа антисемитов, выявить количественное участие евреев в войне. Первые шаги к тому, чтобы возложить вину за проигрыш в войне на евреев и коммунизм, за наиболее возмутительные пункты Версальского мирного договора и несостоятельность Веймарской республики.

 ORIGIN OF HATE (Зарождение ненависти)

BIRTH OF THE NAZIS (Рождение Нацисткой партии)

Вторая глава книги Холокост Лоуренса Риса оставляет в стороне саму тему расовой нетерпимости, а обращается к краткой истории развития движения национал-социалистов в период между 1919 годом и Пивным путчем в Ноябре 1923 г. В другое своей книге “Мрачное обаяние Гитлера” Лоуренс Рис уже рассматривал аспекты, которые позволили Гитлеру стать тем, кем он стал в глазах немецкого народа и мировой истории. Здесь автор рассматривает процесс, в ходе которого то самое видение Гитлера, его картинка будущего своего собственного, партии и Германии, поддерживалось другими людьми. В частности, он обращается к историям знакомства и взаимного влияния, и поддержки Гитлера с одной стороны, и таких людей как Герман Геринг, Юлиус Штрейхер, Дитрих Экхарт, Эрнст Рем, Генрих Гиммлер, Рудольф Гесс с другой. Заканчивается глава на необычном итоге по факту провалившегося государственного переворота. Пивной путч закончился поражением нацистов, гибелью участников, почти запретом партии и заключением Гитлера в тюрьму. Но это было лишь начало и новая отправная точка в развитии видения, которое позже приведет идеи национал-социализма к власти в стране. А стало быть и последствия, такие как Холокост.

BIRTH OF THE NAZIS (Рождение Нацисткой партии)

FROM REVOLUTION TO BALLOT BOX (От революции к избирательным бюллетеням)

Название этого раздела книги Холокост символизирует период между провалом Пивного путча и приходом к власти в 1933 году. Неудавшийся государственный переворот в Ноябре 1923 года не только не положил конец амбициям Гитлера и будущему нацисткой партии – он стал новой отправной точкой в его переосмыслении будущего Германии и себя, как лидера. Здесь Лоуренс Рис дает, возможно, самую адекватную, среди коротких критических, оценку книги Mein Kampf. Разностороннюю, лишенную едкой критики – в тон другим своим работам. Он лаконично анализирует не столько тон высказываний Гитлера в мемуарах по отношению к евреям, а далеко идущие мотивы автора. Как Гитлер создавал миф о своем судьбоносном предназначении через искажение фактов собственной биографии периода жизни в Вене и службы во время Первой Мировой Войны. Насколько его тогдашний антисемитизм мог отражать в действительности будущие ужасы Холокоста и насколько существенными были отдельные выводы и предсказания в книге.

Конечно, автор не может обойти стороной так называемый Том 2 мемуаров Гитлера, которые так и не вышли в свет при жизни автора, но в которых он больше переключается на вопросы внешней политики и оставляет тему евреев и международного еврейства связующим звеном. Также эта глава открывает читателю еще одну известную личность в контексте тематики Третьего рейха и Холокоста – Йозефа Геббельса. Как он познакомился с Гитлером и стал его почитателем. Как закреплялась та позиция партии и будущей власти в государстве, которая привела к уничтожению евреев в Европе. Чем не в последнюю очередь способствовала пропагандистская машина под чутким фанатичным руководством Геббельса. Также Лоуренс Рис продолжает тему политического маневрирования Гитлером, которое позволило, в условиях мирового финансового кризиса склонить немецкий народ к радикализации в пользу левых или правых. Где партия национал-социалистов сумела превратили 2.4% в 1928 году в статус крупнейшей партии в стране и привести Гитлера к должности канцлера 30 января 1933 года.

От революции к избирательным бюллетеням

CONSOLIDATING POWER (Консолидируя власть)

Лоуренс Рис берется за редко освещаемую тему, а именно первые серьезные перемены в жизни немецких евреев в первые месяцы 1933 года. Одной из глубоких мыслей, которую развивают такие культовые авторы, как Ян Кершоу: антисемитизм и расовая нетерпимость не была выдумана Гитлером и не была культивирована лишь внутри НСДАП – они присутствовали в немецком обществе всегда и теперь проявления получили одобрение на государственном уровне. Свидетельства очевидцев и жертв говорят о том, что уже в феврале-марте 1933 года евреи начали испытывать оскорбления от вчерашних приветливых соседей, становится жертвами акций, бойкотов бизнеса. Как за годы до Холокоста на оккупированных территориях на Востоке, в некоторых немецких провинциях появились таблички, о том, что деревня или небольшой город освобождены от евреев, подразумевая, что их выжили из собственных домов. Начало волны миграции из Германии за границу, в особенности в соседние страны, которую после будет описывать в своих книгах Эрих Мария Ремарк.

Лоуренс Рис во второй раз с начала книги называет имя человека, который будет одним из архитекторов Холокоста – Генриха Гиммлера. Пока это краткий рассказ о новом явлении в немецком обществе —  Schutzstaffel или SS. Пока это открытие первого концентрационного лагеря Дахау недалеко от Мюнхена, из которого, в то время, освобождались почти все узники и фраза “Arbeit Macht Frei” на воротах не была актом лицемерия. Автор описывает становления этой системы принудительного заключения людей, которые оказались неугодны режиму – отправная точка для будущих лагерей смерти. Автор кратко описывает конфликты интересов между СС и полицией, между Генрихом Гиммлером и Германом Герингом в вопросах юрисдикции и прерогативы. Также глава заканчивается небольшим экскурсом в приструнение СА, убийство Эрнста Рема и “Ночь длинных ножей”.

Консолидируя власть

THE NUREMBER LAWS (Нюрнбергские Расовые Законы)

Временная линия книги Лоуренса Риса “Холокост” доходит до смерти президента Гинденбурга летом 1934 года и к новому статусу Гитлера, как полноправного диктатора Германии. Личная клятва верности армии своему фюреру. Лоренс Рис очень тонко обращается к теме трех известных законов, которые стали известны в истории как “Нюрнбергские законы” 1935 года. Он отходит от обычной поверхностной оценки нарастающего антисемитизма или надуманного безумия Гитлера. Вместо этого — анализ вполне прагматичной внутренней и внешней политики, которую вел лидер Германии, чтобы консолидировать силы. Таким образом, наряду с законом об утверждении свастики государственным символом Германии и Третьего рейха, немецкие евреи фактически были лишены гражданства и им запрещалось вступать в сексуальные отношения с представителями арийской расы, насколько это понимал закон.

Как и Рауль Хильберг и Ян Кершоу, Лоуренс Рис уделяет внимание той путанице, которая возникла внутри государственной машины Третьего рейха. Это принципиально важный момент в истории Холокоста, так как в 1935 году в Германии правительство решало, кого, собственно, считать евреем. Сколько бабушек и дедушек должно было исповедовать иудаизм, какие теперь семейные отношения у человека и каких убеждений он придерживается. Бюрократический хаос, который возник после принятия законов, был лишь началом еще более масштабного и доселе невиданного процесса сегрегации в Европе. Кроме того, теперь Гестапо имел право фактически вторгаться в ранее неприкосновенную личную жизнь людей любого происхождения, чтобы узнать, кто с кем вступал в какие отношения.

Нюрнбергские Расовые Законы

EDUCATION AND EMPIRE BUILDING (Образование и создание империи)

Лоуренс Рис обращается к важной составляющей общей тематики допущения немецким народом такого явления, как Холокост. Воспитание нового молодого поколения “истинных арийцев”, которые в понимании Гитлера должны были управлять самым величественным политическим формированием на протяжении следующих столетий, после его ухода. Очень краткий экскурс в историю молодежных движений нацисткой Германии, спустя время объединенных под единым началом организацией Гитлерюгенд и Союза немецких девушек. Как миллионы юношей и девушек получали новое представление о своей стране и своем предназначении и что от них требовалось. Насколько быстрыми оказались перемены в системе образования из которой фактически исключили евреев, как на постах преподавателей, так и на лавах учащихся. Насколько быстрым оказался процесс “ариазации” и знакомства с новым взглядом на антисемитизм и чувством национального единства среди молодежи, которая скоро будет миллионами гибнуть на фронтах Второй Мировой Войны или работать охранниками и концентрационных лагерях, и лагерях смерти.

Во второй части автор обращается к важнейшему вопросу – формированию у Гитлера осязаемого намерения территориальных и идеологических экспансий для достижения его картинки будущего Третьего рейха. Насколько неоднозначным была его позиция в отношении СССР в публичных выступлениях и уже радикальной и осмысленной в более тесном кругу приближенных. Не часто упоминаемое в исторической литературе так называемое “Совещание Хоссбаха” – лакмусовая бумага радикализации политики Германии и лично Гитлера и устранение тех руководителей, которые не готовы принять доктрину тысячелетнего рейха.

Третьей условной темой, которая попала в этот раздел книги Холокост Лоуренса Риса, стала аннексия Австрии и первые признаки предстоящей печальной судьбы ее евреев. Политические маневры Гитлера и давление на австрийское правительство, а после и присоединение страны без единого выстрела. Триумфальное шествие немецкой армии по австрийской земле и автомобильный кортеж Гитлера, который посещает места его детства и юности. А также пришествие открытого антисемитизма в Австрию и, в частности, в Вену, где на момент аннексии проживало 180 000 евреев – лишь вдвое меньше, чем во всей Германии. Четырнадцатью годами ранее Гитлер уделил достаточно внимания евреям Вены в своей “Mein Kampf”. Как и амбициям по объединению немецкоговорящих наций над едиными знаменами.

Нюрнбергские Расовые Законы

RADICALISATION (Радикализация)

Эта глава книги Холокост Лоуренса Риса начинается с мысли, которую когда-то довольно подробно рассматривал Вернер Мазер в своей книге “Адольф Гитлер. Легенда. Миф. Действительность”. А именно физическому здоровью Гитлера и его ощущению, что лучшие годы молодости остались позади в борьбе за власть в Германии, и что он еще должен успеть осуществить свою миссию и сделать Третий рейх великой державой, которой подчинена Европа и Западная Азия. Она является довольно важной основой его дальнейшей политики тотальной войны и повышения ставок во внешней политике и на полях сражений. Сыграет она свою роль и в “окончательном решении еврейского вопроса”, но пока здесь вопросу уделено лишь пару параграфов.

Далее Лоуренс Рис переходит к первым шагам геноцида, который не всегда относят к Холокосту (обычно подразумевая под последним именно преследование и уничтожение европейских евреев). Речь идет о других этнических, социальных и религиозных группах, которые оказались вне закона и общественной защиты внутри нацисткой Германии, а после и за ее пределами. Были приняты законы по борьбе с тунеядцами – немцы, способные работать, но отвергшие два предложения на бирже труда, отправлялись в концентрационные лагеря. Гомосексуалисты, количество которых в Германии власти преувеличивали, также подверглись гонением и более половины из примерно 10 000 попавших в лагеря, не пережили заключение и сам Третий рейх. Еще в 1935 году, с поправками к Нюрнбергским законам, появились предпосылки будущего геноцида цыган (синти и рома), который новая власть также считала неполноценным и вешали на них ярлык патологических лгунов, воров и растлителей чистой арийской крови. Упоминает авто так называемых “Свидетелей Иеговы”, которые показательно дистанцировались от новой власти, словно им могли это так просто оставить.

Третьей темой, которая касается радикализации положения евреев и отдельных групп в Германии и теперь в Австрии, становится Эвианская конференция, которую, на удивление, редко упоминают в исторической литературе. Хотя это важнейшее событие в контексте судьбы европейских евреев и Холокоста. Представители 32 стран, под неофициальным патронатом США, осудили социальное неравенство в Германии, выразили обеспокоенность проблемой миграции, озвучили необходимость помочь сотням тысячам беженцев. Но, как обычно бывает в большой политике, это были лишь слова, без фактической готовности принять беженцев и даже расширить имеющиеся квоты. Которые в случае США составляли 27 000 человек в год, всех национальностей и по разным причинам переезда. Мировое сообщество расписалось публично в неспособности брать ответственность за мирное население. Многие из тех сотен тысяч евреев и других групп людей, которым не удалось покинуть Европу, нашли смерть в гетто, концентрационных лагерях и лагерях смерти в годы войны.

Также Лоуренс Рис продолжает удивлять своим профессионализмом и скрупулезным подходом к изучению тематики. Он поднимает непопулярную и редко упоминаемую тему антисемитизма в других европейских странах еще до начала Второй Мировой Войны. Как польское правительство рассматривало возможность решения еврейского вопроса, путем высылки из страны 3 млн евреев. Среди прочего, рассматривался вариант создания еврейского государства или, точнее, колонии, на острове Мадагаскар. Эту самую идею сегодня с иронией вспоминают, применимо к фантазиям нацистов, которые были не первыми на этом пути. Приводятся также довольно интересные записи из дневника тогдашнего Премьер-министра Канады, который рассуждает о том, что страна не сможет решать проблему беженцев на своей территории, иначе сама столкнется с проблемами.

Рис продолжает удивлять и описывает почти неизвестный общественности инцидент, когда еще 28 Октября 1938 года немцы вывезли к границе с Польшей 17 000 евреев с польским гражданством и буквально выталкивали их дубинками и стрельбой через границу. Это произошло через месяц после обсуждения Гитлером еврейского вопроса с польским послом в Берлине и почти за год до начала Второй Мировой Войны и вторжения Вермахта в Польшу. Конечно, период радикализации нацистской политики 1938 года включает всем печально известное событие, вошедшее в историю как “Kristallnacht” или “Ночь битого стекла” с крупнейшими в истории Германии погромами еврейской собственности и религиозных объектов.

Какое было бы исследование темы Холокоста без упоминания известной речи Гитлера, которую упоминают в каждом серьезном исследовании и документальном фильме. 30 Января 1939 года, выступая перед Рейхстагом, он предостерег евреев Европы, чтобы они будут уничтожены, если, в его риторике, ввергнут мир в еще одну Мировую войну. Лоуренс Рис, в отличие от многих авторов, то и дело упоминающих эту речь как красную тряпку, дает оценку контексту. Он в течение последних нескольких глав анализировал поступательное развитие политики нацистской власти, чтобы дать корректную оценку, что, именно состоянием на 30 января 1939 имел ввиду Гитлер и были ли у него тогда планы “окончательного решения еврейского вопроса”.

Радикализация

THE START OF RACIAL WAR (Начало расовой войны)

Новый раздел начинает свое повествование с 1 Сентября 1939 года и вторжения немецких сил в Польшу. Краткий экскурс в предысторию переговоров между СССР и Германией о разделе польского государства. Основной темой дальше становится печально известный процесс переселение национальностей и этнических групп в Восточной Европе. Ариазация части оккупированной территории, подразумевающей выселение поляков и евреев, и одновременно прибытие сюда этнических немцев с территорий, оккупированных в Прибалтике Советским Союзом. Создание так называемого Генерал-губернаторства под руководством бывшего юриста Гитлера, Ганса Франка. Разрушение надежд для одних и настоящий кошмар и смерть для других. Продолжение развития практики массового переселения людей в неприспособленных вагонах для скота.

Лоуренс Рис обращается к теме создания и первых задач ставших нарицательными айнзатцгрупп и айнзатцкомманд в их составе. За почти два года до массовых убийств и Холокоста на захваченных территориях СССР, карательные отряды следовали за Вермахтом по Польше. Тогда их прерогативой не были евреи, но, в большей степени, польская интеллигенция, возможные оппоненты оккупационному режиму, коммунисты и радикальные элементы. Автор подчеркивает, что тот период 1939 года являлся предпосылкой будущего Холокоста, но не был непосредственно его первым шагом. Так как характеризовал скорее выборочные карательные акции, чем целенаправленное уничтожение гражданского населения по этническому признаку.

Здесь же, в период зимы 1939-1940 г.г, исследование Холокоста переходит к следующему ключевому этапу, который профессор Рауль Хильберг, в своей культовой книге “Уничтожение европейских евреев” назвал “геттоизацией”. Лоуренс Рис начинает с первого крупного еврейского гетто на территории оккупированной Польши. В декабре 1939 года был разработан план по созданию в городе Лодзь, треть населения которого была евреями, отдельного района площадью 1.5 квадратные мили. Свидетельства очевидцев и некоторые задокументированные факты дают краткую информацию об утверждении этого псевдо- государства внутри государства, которое задумывалось как временная мера по решению еврейского вопроса. 164 000 евреев Лодзь были ограждены стеной к 1 мая 1940 года, под управлением созданного еврейского комитета, еврейской полицией порядка и минимальными силами немецкой охраны порядка.

В этом разделе автор во второй раз касается чрезвычайно важной темы, которая, на первый взгляд, не касается непосредственного расового вопроса. Печально известная эвтаназия на территории Рейха стала предпосылкой масштабной программы уничтожения людей в последующие годы. В своем известном документальном цикле “Нацизм: Предостережение истории” Лоуренс Рис уже подчеркивал важность этой практики в изучении тематики геноцида. Теперь, со ссылкой на более поздние исследования, удалось установить, что печально известное письмо о личной просьбе к Гитлеру дать добро на умерщвление физически неполноценного ребенка было написано и получено в июле 1939 года. Месяц спустя была разработана секретная директива, предписывающая масштабную программу обработки медицинских дел неполноценных детей. Когда врачи, которые никогда не видели несчастных, плюсом или минусом на бумаге решали их судьбу.

Тем же летом 1939 года было принято определяющее решение провести массовую эвтаназию душевнобольных пациентов, параллельно с уже запущенным процессом уничтожения неполноценных детей. Лоуренс Рис приводит ряд документов и послевоенных свидетельств, которые характеризуют первые этапы этого процесса. Автор уделяет важное внимание первому испытанию газовой камеры для массового убийства, которое провели в созданном в Германии, одном из шести центров программы эвтаназии Т4, Brandenburg. В январе 1940 года было оборудовано специальное помещение, замаскированное под душевую. Душевнобольных раздевали и заводили в фальшивую душевую, а после, по трубам, внутрь пускали газ — монооксид углерода, известный как угарный газ.

Это испытание, которое спустя два года будет доведено до автоматизма в лагерях смерти на территории оккупированной Польши, отражало многие первичные наработки системы массовых убийств нацистского режима. Замаскированные под душевые помещения. Исполнители были дистанцированы от своих жертв толстыми стенами, железной дверью и вентилем, который нужно было повернуть для исполнения. Когда подобная система эвтаназии была введена на полноценной основе во всех центрах эвтаназии, процедуру дополнили. После умерщвления, тела бывших душевнобольных осматривали и извлекали оттуда золотые коронки, крестики и кольца. Затем их сжигали по двое в печах крематория прямо при центре уничтожения, в одном из соседних помещений.

Вторым, подобной важности, событием, которое в будущем определит судьбу сотен тысяч несчастных, в особенности в лагере смерти Хелмно, станет испытание гасвагена или душегубки. Автомобиля, в кузов которого во время движения направляется угарный газ из выхлопной трубы. Этот метод был испытан в начале 1940 года в Польше, где таким образом программу эвтаназии, вместе с расстрелами, расширили на оккупированные территории и представителей других рас. Здесь звучат два имени, которым Лоуренс Рис уделяет внимание с перспективы будущих событий. Доктор Ирмфрид Эберль (Irmfried Eberl) и Кристиан Вирт, который прошел путь от директора центра Эвтаназии до руководителя лагеря смерти и куратора массовых убийств.

Книга обращается к созданию самого известного символа Холокоста – лагерю Аушвиц. К ее будущему коменданту Рудольфу Хессу, который в мае 1940 года не отдавал себе отчет, какой лагерь он в итоге построит здесь – самое массовое место убийств людей в мировой истории. Свидетельства первых узников, которые прибыли сюда на первом составе весной 1940 года в качестве польских политических заключенных. Также особое внимание автор уделяет записке Гитлера, в которой он в то время отрицал возможность физического уничтожения людей и предрекал масштабную. Эвакуацию евреев. Тогда стряхнули пыль с еще не забытого плана поляков депортировать евреев на остров Мадагаскар. Тут Лоуренс Рис начинает рассматривать непосредственный ход войны, успехи и неудачи для Германии в изменении политики Гитлера и нацисткой власти в отношении “окончательного решения еврейского вопроса”. Озвучивается очень глубокая мысль о народном одобрении Гитлера немцами, которые могли одинаково успешно применять постулат: Фюрер лучше знает, как к военным кампаниям, так и позже, к усилению расовой политики и исчезновению с улицы евреев и других групп граждан.

Начало расовой войны

PERSECUTION IN THE WEST (Преследования на Западе)

После периода так называемой “странной” или “сидячей” войны, 10 мая 1940 года Германия начинает масштабное и рискованное наступление на западном фронте. Здесь Лоуренс Рис продолжает логическую цепочку развития у Гитлера концепции будущего Европы и, у нацистской власти, уверенности в ней, согласно успехам на военном фронте. Рассматривается количество евреев в соотношении к общему населению таких стран, как Люксембург, Бельгия, Нидерланды и Франция. Пока последние годы Германия исключала собственных граждан евреев из общественной и правовой жизни, способствовала их эмиграции за границу, теперь она оккупирует все новые территории и под ее фактическим контролем оказываются сотни тысяч евреев. Часть из них – это те самые эмигранты, которые ранее покинули Германию и осели в соседних странах. Будущий Холокост настиг их с неожиданными успехами Третьего рейха на фронте в мае-июне 1940 года.

Вместе с некоторыми особенностями самоуправления под пятой Вермахта, Лоуренс Рис анализирует антисемитизм в этих западных странах – каким он был исторически, и в каком виде его начали поощрять немцы теперь. Конечно, особое внимание уделено ситуации во Франции и решениям и позиции правительства Виши, которые, спустя два года, приведут к массовым депортациям людей в лагерь смерти Аушвиц. Автор наполняет историю также законами против евреев, которые начали принимать и поощрять на территории бывших свободных государств, например, исключение евреев Нидерландов из социальной жизни и запреты.

Хотя названия раздела указывает на акцент именно на ситуации на Западе, Лоуренс Рис скорее детализирует период 1940-1941 г.г. и во второй половине смещает его снова на Восток. Еще подробности о катастрофической ситуации в гетто, созданных в крупных польских городах, в частности в Варшаве и Лодзь. Рассматриваются две разные позиции на судьбе этих мнимых государств внутри государства, выражаемые тогда немецкими чиновниками. Одни были заинтересованы в поддерживании высокой смертности в гетто, голода и постепенному уменьшению жителей. Другие же видели для себя финансовую выгоду в эксплуатации сотен тысяч людей для заработка.

Также уже в этой главе автор обращается к основной тематики следующих – предстоящему вторжению Германии на территорию СССР в июне 1941 года. Приводятся всем известные факты о совещаниях Гитлера со своими высшими офицерами, как и разъяснение будущей политики в этой войне на уничтожение. На сцене истории с новыми полномочиями возникают такие личности, как Рейнхард Гейдрих и Адольф Эйхман. Пока Гейдрих разрабатывал планы по выселению евреев еще дальше на Восток, первую версию “окончательного решения еврейского вопроса”, нацистские чиновники экспериментировали с массовой стерилизацией. Также под конец главы читателю дают немного информации о военной кампании на Балканах весной 1941 года и новым оккупированным территориям с евреями.

Преследования на Западе

WAR ON EXTERMINATION (Война на уничтожение)

Война на Востоке, к которой вел нас автор последние главы, описана как самая масштабная военная компании в истории. Лоуренс Рис не детализирует направления атакующих клиньев групп армий, имена командующих. Во втором абзаце он еще раз подчеркивает напутствия от Адольфа Гитлера, что эта война идеологий должна вестись без сожаления и с применением любых мер, которые нужны для полной победы и доминирования на восточном Lebensraum, которое давно в голове поделили немецкий фюрер. Амбициозные планы по преодолению тысяч километров восточных земель до нефтяных месторождений Кавказа с нескрываемыми намерениями подчинить или заморить голодом, ради нужд собственной армии, десятки миллионов гражданского населения.

А уже в четвертом абзаце автор переходит к деятельности айнзатцгрупп, которые должны были следовать сразу за Вермахтом в экспансии на Восток и устранять людей, которые заведомом были определены как опасные элементы. Лоуренс Рис, как и в своей первой книге “Нацисты: Предостережение истории”, обращается к непопулярной, даже в рамках такой тематики, как Холокост, теме коллаборации местного населения с карательными отрядами. Вспышки агрессии против евреев, массовые погромы, избиения и убийства на территории стран Прибалтики, которые оказались сразу за линией фронта. Автор рассматривает предпосылки антисемитизма среди местного населения, в особенности, связанные с оккупацией стран Советским союзом годом ранее.

Совмещая отрывки из должностных записок, инструкций и документов со свидетельствами бывших свидетелей, жертв и даже участников, Лоуренс Рис показывает картину массовых убийств летом-осенью 1941 года на оккупированных территориях. Он приводит воспоминания литовца, участника акций против евреев, Петраса Зеленки, которые уже ранее фигурировали в трех его книгах и документальных циклах. Также Лоуренс Рис затрагивает еще одну щекотливую под тему войны на уничтожение на Восточном фронте. А именно массовые убийства гражданского, в частности, еврейского населения, со стороны союзников Германии, в частности Румынии. Акции, которые вызывали недовольство даже у немецкой стороны своей жестокостью и спонтанностью.

Параллельно с событиями на Восточном фронте и убийствами десятков тысяч евреев, по ходу движения войск Германии и ее союзников, книга переносит нас в Третий рейх. В августе 1941 года программа эвтаназии в Рейхе оказалась под угрозой публичного разоблачения и общественного порицания. Выступления католического епископа Клеменса фон Галена, в которых он публично осуждал убийства неполноценных детей и взрослых, взбудоражили немецкого общество и, в первую очередь, ту часть населения, родственник которых умирали в центрах эвтаназии. Когда родственникам приходило уведомление, что пациент умер от болезни и был кремирован. Потребовалось личное вмешательство Гитлера в вопрос, и масштабная программа эвтаназии была прекращена. Лоуренс Рис подчеркивает этот момент, как одну из важнейших причин того, что Гитлер намеренно дистанцировался от любой открытой связи с подобными вопросами, в том числе с убийствами евреев.

На Востоке автор обращается к дальнейшему развитию практики массовых убийств, под которые теперь подпадали евреи женщины и дети, а не только мужчины, которых сочли коммунистами. Он приводит известный случай, когда рейхсфюрер СС Генрих Гиммлер сам присутствовал во время одной из массовых акций на Востоке. Какие возражения от получил от подчиненных офицеров о моральном состоянии солдат, выполняющих подобные приказы, как убийство голых женщин и детей в траншеях. Несовершенная, по мнению руководителей айнзатцкомманд, практика массовых убийств будет пересмотрена, когда Холокост перейдет на новую фазу на территории оккупированной Польши. Также автор отмечает, что массовые убийства гражданского населения и преступления против человечества не был лишь прерогативой СС и полиции порядка, но совершались также солдатами Вермахта, чему есть многочисленные свидетельства.

С закрытием программы эвтаназии в Третьем рейхе в августе 1941 года, и с новой политикой войны на уничтожение на Востоке, в истории Холокоста начался новый этап. Бывшие “специалисты” из центров эвтаназии, такие как Ирмфрид Эберль и Кристиан Вирт, теперь остались без применения своих навыков, что продолжалось недолго. В программе Т4 использовали фактически первые газовые камеры, причем на территории Германии и Австрии, а в них применяли угарный газ в специальных контейнерах. Как выяснили немецкие бюрократы, доставка такого груза на Востоке была нецелесообразна и мало осуществима, стало быть стала необходимость найти альтернативное решение, которое могло быть использовано для реализации “окончательного решения еврейского вопроса”. Осенью 1941 года в Аушвице испытали новый способ убийства. Первыми испытуемыми, на которых применили печально известный газ Zyklon Blausaure (Zyklon B) стали пленные советские офицеры. То, что использовали для борьбы с паразитами в лагере, теперь применили к живым людям с печальной успешностью. Тогда уже стало ясно, что газовая камера должна быть обеспечена крематориями в соседнем помещении, чтобы успевать избавляться от трупов без лишней огласки внутри лагеря. Что газ лучше всего работает при высокой температуре и большом количестве запертых в помещении людей.

Уже обратившись к теме будущего применения отравляющих газов для массовых убийств, Лоуренс Рис обращается к крупнейшему преступлению против человечества, которое не имело непосредственного отношения к геноциду евреев. Речь идет о том, что ярко описал в своей книге “Бабий яр” Анатолий Кузнецов – массовые смерти советских военнопленных в лагерях под открытым небом. Как отмечается, от последствий расстрелов, голода и болезней, к концу 1941 года умерло порядка 2 млн. советских солдат. Здесь же приводятся некоторые свидетельства того ужаса, что происходил за ограждением этих лагерей под открытым небом, где дело доходило до каннибализма. Чудовищная ситуация немного изменилась, когда 31 октября 1941 года Гитлер согласился с тем, что советские военнопленные могут быть задействованы в принудительных работах.

Каждая серьезная книга о Холокосте, в той или иной мере, пытается анализировать имеющиеся факты или свидетельства, когда речь заходит о личной осведомленности Гитлера о массовых убийствах на Востоке. Лоуренс Рис приводит некоторые должностные записки, в том числе от шефа Гестапо Мюллера. Немногочисленные свидетельства указывают на то, что Адольф Гитлер не только поддерживал массовые акции и постепенное уничтожение евреев, но и следил за результатами и статистикой, которую ему предоставляли через третьи руки, чтобы не быть скомпрометированным. Также автор выделяет еще один редко упоминаемый фактор трансформации “окончательного решения еврейского вопроса”. Гитлер одобрял решительность своего союзника маршала Антоненску, который в Румынии и на оккупированных ее территориях уже приступил к массовым акциям по уничтожению еврейского населения, без альтернативы выселения.

Процесс изменения приоритетов и радикализации решения еврейского вопроса подводит к следующему этапу осенью 1941 года. В Польше команда специалистов готовит создание двух мест массового уничтожения людей. Одним из них является мобильный, фактически передвижной лагерь смерти Хелмно, где будут массово задействованы гасвагены – душегубки, которые уже к тому моменту применяют для убийства больных и душевнобольных. Вторым будет лагерь смерти Белжец, выбор местоположения которого объясняется близостью сразу к трем городам с крупными гетто: Краков, Львов и Люблин. Это будет первый стационарный лагерь, единственной целью которого будет массовое уничтожение прибывших людей, а не их содержание или работа. Лоуренс Рис анализирует временное соответствие этих двух строительств с сохранившимися документами верхушки режима. В самом конце главы, на горизонте текста вновь возникает название Аушвиц.

Война на уничтожение

THE ROAD TO WANNSEE (Путь к Ванзейской конференции)

Ход события на фронте осенью 1941 года начинает все сильнее влиять на внутренние процессы в Третьем рейхе и в стане его союзников и продолжается процесс радикализации еврейского вопроса. Автор по обыкновению обходит стороной количество дивизий, задействованных на Восточном фронте, кроме самой основной информации важнейших событий. Книга Холокост подводит нас к одному из нескольких важнейшей событий, которые могут дать понимание о процессе перехода политики по отношении к евреям к непосредственному уничтожению. Совещание, а точнее выступления Гитлера перед полусотней высокопоставленных нацистских чиновников 12 декабря 1941 года. Спустя меньше недели после мощной контратаки советских войск под Москвой, и на следующий день после объявления Германией войны США, Адольф Гитлер говорил с приближенными о своем пророчестве касательно евреев. Сохранившиеся дневники и записи выделяют это событие как одну из вех в принятии радикального решения уничтожить всех евреев Европы.

Если в прошлой главе Лоуренс Рис отметил, что примерно в Октябре 1941 года начались работы по сооружению лагеря смерти Хелмно, то теперь он подробно описывает это место массовых акций, которое отличалось от других лагерей смерти применений гасвагенов. Автор связывает возникновение Хелмно не с решением уничтожить массово всех евреев в оккупированных городах и гетто и не с таким касательно всей Европы. Он обращается к известной и сложной системе подчинения в Третьем рейхе, когда Гитлер поддерживал личные инициативы подчиненных. Артуг Грайзер, руководитель зоны Вартегау, стал первым, кто решил очистить крупнейшее гетто на вверенной ему территории, так как оно больше не могло принимать партии евреев и было перенаселено. Фактически Хелмно был создан для «обработки» 200 000 евреев в гетто Лодзь.

В программе по уничтожению больных и душевнобольных на территории Польши, с 1939 года использовался только один грузовик гасваген. Комендант еще не созданного лагеря получит другие машины и в них будет изменен процесс умерщвления. В программе эвтаназии на территории Рейха и Польши два года использовали монооксид углурода (угарный газ) в специальных контейнерах. Теперь лагерь Хелмно будет использовать непосредственно выхлопные газы душегубок. В книге кратко описано печально известное место в небольшом город Коло – поместье, из подвала которого несчастных голыми загоняли прямо в гасвагены. Свидетельства бывших охранников и местных жителей описывают процесс массовых акций. По факту, первыми жертвами лагеря в Хелмно не были евреи именно с Лодзинского гетто, для которого он был создан. Первых жертв собрали из окрестностей, а последующими были цыгане – порядка 4500 в первый месяц. Первые евреи из гетто города Лодзь были умерщвлены в Хелмно 16 января 1942 года.

Лоуренс Рис очень глубоко подходит к такому важному событию, как Ванзейская конференция, которая состоялась 20 января 1942 года в пригороде Берлина. Ее принято считать чуть ли не важнейшим событием в начале Холокоста, и автор подчеркивает, что это непростительное упрощение. Не одно конкретное событие, не одна конкретная встреча трансформировали “окончательное решение еврейского вопроса”. Это была череда событий, обстоятельств, решений, реакций, экспериментов. И хотя здесь главенствовали такие важные участники и исполнители Холокоста, как Гейдрих и Эйхман, ключевых игровок не присутствовало. Не было Гитлера, Геббельса, Гиммера, Геринга, даже наместников Польши: Ганса Франка, Артура Грейзера и Альберта Форстера. Кроме прочего, Лоуренс Рис делает вывод, что на момент проведения Ванзейской конференции, даже Гейдрих не имел полного плана уничтожения евреев в лагерях смерти, так как подобного мастер плана просто не существовало. Также встреча рассматривается как акт укрепления авторитета СС в подобных вопросах над прочими ведомствами.

Книга возвращается к Аушвицу, в котором зимой 1941-1942 г.г. еще не проводили таких массовых акций убийств, за которые он стал символом и олицетворением Холокоста. Но автор еще вернется к лагерю, истории которого он ранее посвятил книгу. Сейчас акцент истории вновь смещается к первым лагерям смерти и, в данном случае, к первому стационарному – Белжецу. В описании его вида и порядков, а также в процессе умерщвления людей посредством выхлопных газов из двигателя танка, и обработке тел, прослеживаются черты, которые в будущем будут известны и в Собиборе и особенно в Треблинке. Автор оценивает общее число людей, убитых в Белжеце между 450 000 и 550 000 несчастных. Рассматриваются редко приводимые мемуары единственного известного выжившего – Рудольфа Редера (Rudof Reder).

История затем вновь возвращается к Аушвицу в контексте первых депортаций туда граждан не Третьего рейха и не Польши. Автор рассматривает трагедию словацких евреев, марионеточное правительство которых, после ликвидации Германией Чехословакии, проявило рвение перед новыми покровителями. Одним из аспектов его стала высылка своих евреев на Восток. Приводя послевоенные воспоминания некоторых выживших их числа словаков в Аушвице, Лоуренс Рис рассказывает о создании второго лагеря, известного как Аушвиц-2 или Биркенау. Также о создании крупного рабочего женского лагеря – того, о котором в 1945 году напишет польская узница Северина Шмаглевская в своей книге: Дым над Биркенау.

От Аушвица и Белжеца рассказ переходит к другому известному лагерю смерти Собибор. При его строительстве уже были учтены некоторые особенности и сложности предшественника. Лагерь не напоминал место массовых убийств, но вводил в заблуждение своей почти что миролюбивостью. Комендантом лагеря был назначен еще один ветеран немецкой программы эвтаназии Т-4 – Франц Штангль. В своих послевоенных свидетельствах перед военным судом за преступления против человечества, Штангль уверял, что его оскорбляла должность и что он мучился каждый день, осознавая ужас своих обязанностей, что он всегда осуждал других высших чиновников, в том числе инспектора Кристиана Вирта. Его заявления не отвечают действительности и показаниям переживших лагерь узников, которые описывали его как хладнокровного руководителя, который получал удовольствие от происходящего. Здесь в первый раз автор уделяет внимание такому термину как зондеркоммандо. Группе заключенных узников, которых оставляли в живых, чтобы выполнять саму страшную работу в лагере по обработке тел убитых.

Путь к Ванзейской конференции

SEARCH TO KILL (Найти и уничтожить)

Лоуренс Рис возвращается к только кратко затронутой раньше тематике сотрудничества европейских государств в вопросе массовых акций против евреев. Так как к этому моменту хронология книги подходит к лету 1942 года и началу масштабных депортаций евреев с разных уголков Европы в Аушвиц. Рассказ начинается с Франции и позиции марионеточного правительства Виши. Первый состав с 1112 евреями из Франции, из всем известного района Компьен, отбыл в Аушвиц ещё в Марте 1942 года, но большая часть из них умерла от условий заключения, а не в газовых камерах.

История продолжается массовыми акциями против французских евреев в июле 1942 года. В особенности печально известными событиями, которые нашли отражение в художественном фильме «Облава». Почти 13 000 евреев были насильно выселены из своих домов в Париже и заперты на стадионе Velodrome d’Hiver. Затем, как и тысячи других евреев во Франции, они прошли путь французских временных концентрационных лагерей, и после отправлены в Аушвиц. Лоуренс Рис подчеркивает, что эти массовые акции были проведены французской полицией с минимальным участием немцев.

Тема, начавшаяся с Франции, продолжается другими европейскими государствами, как оккупированными, так и союзниками Германии в войне — военными и политическими. Книга Холокост возвращается к высылке словацких евреев марионеточного правительства Йозефа Тисо, который был священником и даже после войны в заключении носил в тюрьму рясу. Венгрия, которая была союзником с 750 000 евреев в стране, не спешила высылать их в Аушвиц, тогда в 1942 году. Румыния, солдаты которой массово убивали евреев в 1941 году на Востоке, тоже не следовала немецкому плану. Даже Италия, фашистское государство Бенито Муссолини, не высылали тем летом своих евреев. Некоторые высокопоставленные фашисты и люди из окружения диктатора, были евреями.

Пока Премьер-Министр Франции Лаваль высказывал мнение, что чужеродные элементы в стране (говоря о евреях) всегда были проблемой, которая теперь решилась, назревали и протесты. Как и в случае с самой Германией и программой эвтаназии, протесты прозвучали от представителей церкви. Клирики во Франции, Нидерландах начали открыто высказываться о массовых акциях протиев евреев. Поднимается еще одна очередная непопулярная тема – бездействие Папы Римского Пия XII. Тема разбирается поверхностно, но с разных сторон и уже не кажется такой однозначной. Дневники и высказывания служителей церкви и взаимосвязь между протестами и ответными мерами немцев против евреев. Также рассматриваются первые утечки информации о лагерях смерти, которые достигли Западных стран и почти пассивная осудительная реакция в духе большой политики демагогии.

Найти и уничтожить

NAZI DEATH CAMPS IN POLAND (Нацистские лагеря смерти в Польше)

На территории Польши к 1942 году находилось около 3 млн. евреев – половина общего количества, которые стали жертвами Холокоста. Лоуренс Рис обращается к еще одной важнейшей вехе в истории «окончательного решения еврейского вопроса», которую можно отследить до точной даты и через ее проекцию рассматривать другие процессы и события в дальнейшем. Это Заявление Гитлера от 19 июля 1942 года, в котором он сказал, что все евреи из генерал-Губернаторства должны быть “эвакуированы” к последнему дню того же года. Фактически эта дата символизирует переход от неопределенности, которая еще присутствовала на Ванзейской конференции 20 января, к фактическому процессу поступательного уничтожения миллионов людей. К тому моменту на территории Гунерал-губернаторства находилось 1.7 млн евреев, судьбу которых теперь предрешили. Также упоминается убийство чешскими партизанами Рейнхарда Гейдриха в мае (последующая операция в трех лагерях смерти получила именование «Операция Рейнхард«) и участие еще одного архитектора Холокоста Одило Глобочника.

Автор уделяет внимание еще одному событию, еще одной перемене в нацистской политике. 16 июля 1942 года в личной беседе Гиммлер признался, что наступает самый счастливый период в его жизни, так как фюрер приказал осуществить самый масштабный план колонизации территорий на Востоке. Тот самый, который подразумевал перераспределение ресурсов и возможную смерть десятков миллионов славян от голода. Тем летом Вермахт возобновил свое наступление на Востоке и достиг Кавказских гор и Волги – исход войны, казалось, вновь шел в ногу с грандиозными планами Третьего рейха. Хотя он по понятным причинам не был осуществлен, критически важна перемена в решимости Гитлера и Гиммлера относительно таких проектов в середине июля 1942 года.

Самым известным, в печальном и других смыслах, гетто на территории Польши было Варшавское гетто. Теперь, когда Гиммлер озвучил решимость немецкой стороны устранить евреев из Генерал-Губернаторства, судьба более 300 000 людей была предрешена. 23 июля 1942 года руководитель еврейского совета Адам Черняков покончил жизнь самоубийством под давлением обстоятельств. Еврейскому марионеточному руководству в гетто было поручено организовать выселение из гетто не менее 6000 человек в день, под угрозами расправы над их семьями, в том числе Чернякова. Люди начали исчезать из переполненного и перенаселенного Варшавского гетто и всего за каких-то десять дней в вагонах для скота оказалось 65 000 евреев.

Ликвидация Варшавского гетто в Июле-Августе 1942 года переводит историю книги Лоуренса Риса Холокост к еще одной очень известной теме – лагерю смерти Треблинка. Автор уже описывал процесс уничтожения в Белжеце и Собиборе, который послужил основной для новой фабрики смерти. И все же Треблинка самым массовым местом казни людей после Аушвица (к концу 1944) и самым массовым на единицу площади лагеря. На какой-то третий квадратных километра нашли свою смерть до 850 000 несчастных людей. Большая их часть была выслана сюда из разных городов и районов Генерал-Губернаторства, в котором теперь нацистские власти проводили чистку.

Лоуренс Рис описывает самый “продуктивный” период работы лагеря и личное состязание, которое озвучивал комендант лагеря Имфрид Эберль – человек, имя которого уже касалось программы эвтаназии в Третьем рейхе. Автор описывает перерыв в работе лагеря Треблинка, который поражает своим смертельным бюрократизмом. Свидетельства выживших узников Треблинки и бывших охранников и даже заместителя коменданта передают жуткую картину, которая образовалась к концу августа. Охваченный желанием поднять пропускную способность лагеря до предела, Эберль нарушил его работу. Зондеркоммандо просто не успевали вовремя «обработать» предыдущий состав людей, избавиться от трупов, которые теперь были свалены прямо на железнодорожной платформе, от одежды и личных вещей, вычистить вагоны поездов. Место, которое и так было Адом на земле, убивая до 10 000 человек в день, перестало сохранять секретность, которая была столь важная для руководства СС и всей операции.

Книга Холокост описывает своеобразную инспекцию, самую жуткую в мировой истории. На горизонте возникают имена, которые также уже звучали на страницах книги Холокост. В лагерь прибывает еще один ветеран программы эвтаназии и теперь окончательного решения, Кристиан Вирт. Также Эберля на посту коменданта меняют руководителем Собибор – Францом Штанглем. В Собиборе происходит расширение “мощностей” и у него в то время нет работы, соответствующей профилю. Также в книге приводятся показания известного выжившего из Треблинки – Самюэля Вилленберга и немецкого офицера, печально известного по документальному шедевру Шоа Клодца Ланцмана – Франц Сухомель.

В историографии Холокоста традиционно уделяют меньшее внимание еще одной лагерю смерти, который представлял собой смесь разных назначений, даже в больше степени, чем Аушвиц – Майданеку. Лагерь был расположен всего в 3 км от центра города Люблин, где также располагалось крупное гетто. Это был одновременно концентрационный лагерь и лагерь смерти, где также работали газовые камеры. В него высылали евреев не только из Люблина, но и других районов Генерал-Губернаторства, в том числе из Ченстохова. Газовые камеры, замаскированные под душевые, были построены здесь рекордно близко к платформе, на которую прибывали несчастные. В конце главы приводится известная докладная офицера СС Германа Хофле, одного из руководителей операции Рейнхард. В этой записи от 11 января 1943 года он открытым текстом приводит точные цифры по количество людей, умерщвленных в лагерях смерти Треблинка, Собибор, Белжец и Майданек.

Нацистские лагеря смерти в Польше

KILLING AND PERSUADING OTHERS TO HELP (Убийства и склонение других к этому)

Начинается глава, как уже было раньше, с важных событий на Восточном фронте, которые отразились на осуществлении окончательного решения. После неудачи под Москвой, немецкая армия вновь набралась наступательных сил и возобновила свое движение вглубь территории Советского союза. Весной удалось одержать важную победу над Красной армией под Харьковом, но во второй половине 1942 года, когда в Польше началась массовая депортация евреев в лагеря смерти, Вермахт приближался к крайней точке своего путешествия. Лоуренис Рис неоднократно будет возвращаться, на протяжении, раздела, к тема Сталинградской битвы. В особенности поражения Германии. Как было раньше, отражением на неудачи Верхмата на фронте служило ужесточение по отношению к евреям. Вместе с тем, союзники Третьего рейха теперь не были столь убеждены в успехе войны и в 1943 году не спешили помогать уничтожать своих евреев.

И пока автор обновляет позицию таких стран как Румыния, Болгария, Венгрия относительно поддержки Германии в еврейском вопросе, он приводит одно малоизвестное изречение президента США Рузвельта. Лидер самой крупной западной демократии допустил известную оплошность о доле евреев в некоторых профессиях и негласно высказал понимание возникшей проблемы в Германии. Как и неоднозначно реагировал на высказывания союзников о необходимости избежать еврейского влияния на новь освобождаемых теперь территориях Средиземноморья. Важное внимание уделяет и известному Восстанию в Варшавском гетто весной 1943 года, которое также нарушало немецкие планы.

Вторая часть этой главы почти полностью посвящена лагерю Аушваиц и изменениям, которые он претерпел между 1942 и 1942 годом. Закончилась постройка нового лагеря Биркенау, на территории которого, вдали от основных бараков заключенных узников, теперь были построены новые газовые камеры с крематориями. Лоуренс Рис уже подробно описывал функционирование этой машины смерти, в частности зондеркомманд в своей книге Аушвиц. Однако информация не дублируется и воспоминания выживших приводятся не те же самые, что двенадцать лет назад. Автор ведет читателя по пути понимания, как Аушвиц трансформировался в том, за что стал известен в 1945 году. В 1942 в нем было умерщвлено порядка 200 000 несчастных – в три раза меньше, чем в той же Треблинке – тогдашнем лидере по числу массовых акций. В конце раздела Рис рассказывает о судьбе цыган они же Синти и Рома, которые также были размещены в Аушвице, а после большая их часть нашла смерть в газовых камерах Биркенау.

Убийства и склонение других к этому

OPRESSION OF REVOLT (Подавление мятежа)

В этом разделе Лоуренс Рис описывает разные формы сопротивления нацисткой политике уничтожения евреев на частном и государственном уровнях. Рассматриваются два глобальных примера – Италии и Дании. Судьба евреев в первой стране, где их не выдавали до антифашисткой смены политики и судьба евреев в Дании, 95% которых пережили Холокост и Вторую Мировую Войну – самый внушительный показатель среди европейских стран, втянутых, так или иначе, в конфликт. Насколько разной было отношение граждан не евреев к ситуации и, вместе с этим, насколько сильно могла отличаться политика самих немцев и их заинтересованность в давлении на разные государства. Также рассматривается печальный опыт Греции, где 80% евреев погибли во время Холокоста – большинство из них в газовых камерах Аушвица.

Конечно, история противостояния «окончательному решению еврейского вопроса» обращается к теме восстаний в концентрационных лагерях и лагерях смерти. Два самых известных, в этом смысле, побега заключенных, имели место в лагерях смерти Треблинка и Собибор. Лоуренс Рис описывает предпосылки того, как были осуществлены эти два дерзких предприятия и каковы были последствия. Что толкнуло членов зондеркоммандо и советских военнопленных поднять восстание против немцев после всего пережитого. Свидетельства немногочисленных выживших открывают занавес того, что ждало узников, которые все же вырвались за ограждение фабрик смерти. Встреча с партизанами, с алчным местным населением, партизанами и антисемитами. Заканчивается глава кратким описанием конца лагерей смерти операции Рейнхард и их ликвидацией в конце 1943 года.

Подавление мятежа

AUSCHWITZ 1943-1944 (Аушвиц 1943-1944)

Этот раздел книги Холокост начинается с утверждения, что только в этот период, выделенный в заглавии, сделал из лагеря Аушвиц центр Холокоста, а после и его символ. Автор выделяет целый ряд причин, почему лагеря смерти операции Рейнхард перестали быть центром уничтожения, помимо известных побегов заключенных, которые состоялись в 1943 году. Хотя все лагеря были прямой прерогативой СС, все же Аушвиц стал настоящим центром промышленности, окруженный теперь десятками производств и подлагерями. Но еще до масштабных депортаций людей в Аушвиц в 1943-1944 годах, весной туда прибыл доктор Йозеф Менгеле, вошедший в историю, как Ангел смерти. Через призму его личности и других докторов СС рассказывается история жутких медицинских экспериментов, которые также внесли свой вклад в печальный статус Аушвица, как символа Холокоста. Эксперименты для военной промышленности, Люфтваффе, испытание ядов и вирусов, эксперименты Менгеле над близнецами и карликами. Усовершенствование системы отбора прибывших на платформу узников в угоду различным назначениям.

В одном из предыдущих глав уже приводилась инфографика, которая демонстрировала географию депортации евреев в Аушвиц. Теперь национальные депортации возобновились с новой силой, по мере строительства новых объектов в Биркенау, в частности газовых камер, крематориев и платформы для распределения. После печально известной высылки 12 000 евреев из Парижа летом 1942 года, за первую половину 1944 года в Аушвице оказалось 15 000 французских евреев, абсолютно большинство из которых не пережило день прибытия. Также рассказана история так называемого семейного лагеря, который был создан для пропагандистского фильма и посещения Красного креста. Евреи из чешского лагеря Терезиенштадт были вскоре умерщвлены в газовых камерах. Лоуренс Рис приводит ряд свидетельств бывших выживших, а также работников Аушвица. В частности, он вновь обращается к истории солдата СС Оскара Греннинга, которому уже уделял внимание в своей книге “Аушвиц”. Описывается и окончательная ликвидации гетто в Лодзь – людей, которые двумя годами ранее пережили массовые депортации в лагерь смерти Хелмно. Последний, возобновивший работу в 1944 году, был признан немцами не столько эффективным в убийстве десятков тысяч евреев за короткое время.

Аушвиц 1943-1944

HUNGARIAN CATASTROPHE (Катастрофа венгерских евреев)

Именно массовая депортация евреев из Венгрии с Мая по Июль 1944 года окончательно сделала Аушвиц символов Холокоста. Ведь всего за два месяца, в газовых камерах Биркенау умертвили 430 000 человек, приблизив общее количество убийц здесь до невероятной цифры в 1 млн. человеческих жизней. Начинается эта глава книги Холокост с определенной предыстории. Переговоры между Адольфом Гитлером и генералом Хорти, последующая оккупация Венгрии в преддверие советского наступления, назначение Адольфа Эйхмана ключевой фигурой в окончательном решении еврейского вопроса на территории Венгрии. Печально известные торги, когда союзникам предлагали купить жизнь 1 млн. евреев в обмен на 10 000 военных грузовиков для войны на Востоке. Заключение сотен тысяч людей в ново созданные гетто и лагеря и массовые депортации. Воспоминания бывших узников Аушвица, которые были высланы сюда из Венгрии и которым удалось пережить Холокост и войну до конца.

Катастрофа венгерских евреев

MURDER TO THE END (Убийства до самого конца)

После последних крупных массовых акций в Аушвице по уничтожению венгерских евреев и ликвидации жителей гетто в Лодзь, политика Гиммлера и личные амбиции изменились. Человек, который за год до этого в своих речах оправдывал уничтожение европейских евреев, теперь искал выхода из войны для комфортабельных для себя условиях. Теперь один из его подопечных Адольф Эйхман занимался не столь вопросом массовых убийств евреев в той же Венгрии, сколько разграблением оставшегося населения. Обмен денег и драгоценностей на возможность найти относительно безопасное убежище в пересылочных лагерях или даже в нейтральных странах, вроде Швейцарии и Швеции.

История книги возвращается к теме членов зондеркомманд, которые теперь стали представлять опасность для немецкой стороны и стали попросту бесполезны, ввиду прекращения массовых акций в Аушвице. Автор поступательно описывает, как немцы насильственно сокращали количество этих людей с рекордных 900 летом 1944 года, до менее чем двухсот в начале 1945. Традиционно ложные заявления о новом месте работы в новых рабочих лагерях, для этих людей казались пустым звуком. После того как они изнутри видели технологию обмана и уничтожения. Часть членов зондеркомманд отважилась на восстание против охраны СС.

Во второй половине последней главы своей книги Лоуренс Рис в целом вновь затрагивает тему, которую он рассматривал в своей книге “Освенцим. нацисты и окончательное решение”. Во-первых, речь идет о печально известных маршах смерти, когда десятки тысяч узников лагерей насильно гнали на Запад, чтобы они не попали к наступающим войскам Красной армии. Только из Аушвица в январе 1945 года было эвакуировано 58 000 узников, каждый третий из которых не переживет этот марш по морозной зиме на Запад. Под конец войны еще одна трагическая ситуация сложилась в концентрационных лагерях на территории бывшего Рейха. В таких местах, как Бухенвальд, Дахау, Берген-Бельзен, Равенсбрюк и Маутхаузен десятки тысяч узников умерли от истощения и болезней перед самым освобождением или в первые недели после окончания войны.

Убийства до самого конца

18 января 2018
Вальтер Варлимонт - Воспоминания немецкого генерала

В ставке Гитлера 1939-1945 (Варлимонт)

Известные мемуары немецкого генерала Вальтера Варлимонта послужили одним из важных источников для десятков книг о военной структуре немецкой армии во Второй Мировой.

Третий рейх в цвете Das Dritte Reich in farbe

Третий рейх в цвете

Культовый документальный фильм, который позволили по-новому взглянуть на Вторую Мировую Войну благодаря цветным кино архивам и многолетнему труду.

Seweryna Szmaglewska - Dymy nad Birkenau

Дым над Биркенау (Северина Шмаглевская)

«Дым над Биркенау» (Dymy nad Birkenau) Северины Шмаглевской — Это документальный мемуары женщины, которая пережила лагерь смерти Освенцим-Биркенау