Энтони Бивор — Сталинград

Пролог на 150 страниц. План Барбаросса.

В то время как известные работы видных историков о Сталинградской битве, в большинстве своем, начинают свой подробный экскурс с летнего наступления Вермахта 1942 года, Энтони Бивор выбрал точкой отсчета начало наступления на Восток. Первая вступительная глава описывает обстановку, общественное настроение и финальные военные приготовления 21 июня 1941 года, по обе стороны границы и в столицах двух государств: СССР и Германии Адольфа Гитлера. Пока 3.6 миллиона солдат получали, наконец, свои приказы о предстоящих боевых задачах, дипломаты обеих стран ожидали начала неизбежного – войны на Востоке.

Автор заходит издалека и почти треть книги “Сталинград” посвящена периоду между 21 июня 1941 года и июлем 1942 года. Вместе с этим, Бивор не ставит себе масштабную историческую задачу подробнейшим образом рассмотреть операцию Барбаросса. Он, шаг за шагом, объясняет читателю ключевые этапы, поворотные события, раскрывает личности государственных и военных деятелей. Немаловажная роль уделена попытке объяснить идеологическую составляющую этой компании с обеих сторон. Следуя по календарю за армией Вермахта, книга создает глобальную ретроспективу возникновения обоих режимов, формирования культа личности Гитлера и Сталина, создания во второй половине 1930-х годов континентальных армий, предшествующих войн с другими государствами.

Сталинградскую битву принято называть поворотным моментом всей Второй Мировой Войны, в особенности на европейском театре военных действий (ведь Перл-Харбор и высадка союзников в Северной Африки могут оспорить такой негласный титул). Бивор наглядно показывает развитие или утрату инициативы Германией. Две главы, так или иначе, посвящены Битве за Москву и первому серьезному поражению Вермахта, после столь успешной летней и осенней кампаний. Важное внимание уделено военным преступлениям на оккупированных территориях Советского союза, с кратким экскурсом в карательные акции айнзатцгрупп.

Энтони Бивор умеет мастерски работать с тем, что можно назвать историческим чеховским ружьем, которое в нужный момент выстреливает соединением нитей повествования. Так предварительное описание военных преступлений Вермахта по части содержания советских военнопленных, в конце книге даст понимание, почему из 91 000 сдавших в плен солдат, только каждый восемнадцатый вернется, спустя много лет, домой в Германию. Отношение к раненым будет отражено зеркально, после взятия советскими войсками госпиталей. Подробный экскурс в историю воинских формирований других стран на стороне Третьего рейха, даст понимание о слабых звеньях немецкого тыла, об особенностях распределения продовольствий. Грабительское отношение к гражданскому населению объяснит невозможность масштабной народной поддержки против сталинской диктатуры.

Отдельно Энтони Бивор уделяет особое внимание формированию и адаптации военной мысли в обеих лагерях. С одной стороны, усиливающееся влияние личности Гитлера на принятие решений, подавление авторитетного мнения немецкого генералитета, искажение традиций прусской военной школы офицерства, нарастающее недоверие к сомневающимся, опьяняющие победы лета 1941 года. С другой политические чистки в советской армии перед войной, подавление инициативы командующих, нетерпение, а после внимание Сталина к мнению своих талантливых генералов, применение опыта Вермахта в собственной стратегии, переход к гибкой обороне и формированию резервов.

Еще до перехода непосредственно к Сталинградской битве на Волге в августе 1942 года, несколько глав книги детализируют планы летнего наступления Вермахта, смену командующего 6-й армией с Рейхенау на Паулюса. Успехи продвижения между Доном и Волгой опьяняли не только командиров, но и простых солдат, которые уже видели себя отдыхающими дома в отпуске. Книга постоянно обращается как к состоянию немецкой военной машины и ее союзников, так и к красной армии, которая несла тяжелейшие потери и отступала вглубь страны вплоть до города, который станет той самой, воспеваемой обеими сторонами, крепостью на Волге. Таким образом, конец августа в книге символизирует практически ее половину.

 

Историческая дедукция и индукция Энтони Бивора

Энтони Бивор создает на удивление масштабную перспективу Сталинградской битвы с обеих сторон. Любое серьезное историческое исследование обязано опираться на разнообразные источники на разных уровнях понимания. Автор этой книги практикует постоянный, местами контрастный переход от частных историй и фактов к глобальным событиям и умозаключениям, и наоборот. Бивор использует макровзгляд на Сталинградскую битву, на состояние двух армий, на войну на Востоке между СССР и Германией, на Вторую Мировую в целом, и затем детализирует частные события, которые разворачиваются в солдатских блиндажах и домах местных жителей.

Ярким примером исторической индукции, которую использует Энтони Бивор, то есть следование от частных примеров к общим выводам, служат письма и воспоминания участников Сталинградского сражения. Книга регулярно приводит цитаты из солдатских писем на фронте, при этом соотнося их содержание, сдержанность или предопределенную цензуру с общей картиной происходящего. Автор часто парно приводит мысли простых немецких и советских солдат о печальном положении, снабжении и вооружении, с ситуацию на фронте в глобальном смысле. Даже контрастное повествование, переключающее внимание между тяготами солдат и рассуждения в ставках главнокомандующих.

Обратный пример – выведение частных выводов на уровнях более низкого повествовательного порядка, на основе глобального мета взгляда на войну. Числа доставляемых грузов, количества перебежчиков, союзных войск, боеприпасов после детализируются рассказом о том, как это отражалось на солдатах в окопах, сталинградских развалинах, в лагерях для военнопленных. Каждая единица в общем числе – это живой человек и Бивор отлично переключается от большего к меньшему. Перепалка между Гитлером и начальником генерального штаба, как и едкие замечания Сталина, после дополняются тем, как солдатам и офицерам приходилось воплощать фантазии своих диктаторов в жизнь.

 

Исторические личности. Образы командующих в книге

Как бы детально книга не описывала страдания, переживания и надежды солдат и офицеров Вермахта с одной стороны и Красной армии с другой, бесспорно внимание автора к ключевым историческим личностям. К людям, которые оказывали максимальное влияние на происходящее. Об их жизни обычно написана не одна книга, а после части остались личные мемуары. Какие из них оказались оправдательными историями, другие извинениями. Если говорить о частоте упоминания фамилий в книге Энтони Бивора Сталинград, график можно выстроить следующим образом.

330 – Адольф Гитлер

299 – Фридрих Паулюс (командующий 6-й армией)

160 – Йосиф Сталин

99 – Василий Чуйков (командующий 62-й армией)

91 – Эрих фон Манштейн (командующий группой армий Дон)

65 – Георгий Жуков (представитель Ставки, координатор контрнаступления)

61 – Николай Дятленко (переводчик и переговорщик, капитан)

55 – Артур Шмидт (начальник штаба 6-й армии)

43 – Ганс Хубе (генерал танковых войск, командующий 14-м танковым корпусом)

66 – Вальтер фон Зейдлиц (генерал артиллерии, командир 51-корпуса)

 

Если говорить об образе двух диктаторов, то Бивор критическими фактами оценивает негативное влияние культа личности на принятие важных стратегических решений с обеих сторон, как до Сталинградской битвы, так и в процессе. Автор регулярно озвучивает мнение, что Адольф Гитлер не обладал достаточными знаниями для самого важного военного поста в стране, а Иосиф Сталин долгое время игнорировал мнение и инициативу своих генералов. Ответственность Фридриха Паулюса также рассматривается достаточно разносторонне, как с точки зрения его пассивности на посту командующего, так и с точки зрения реальной свободы принятия решений. Книга на удивление мало внимания уделяет Манштейну, как, например, этот делал Иоахим Видер в своей монографии. При этом более, чем другие работы по теме, детализируют участие таких офицеров, как Артур Шмидт, Ганс Хубе и советского переводчика Николая Дятленко.

 

Интересные мысли из книги Сталинград

  • В январе 1943 начальник генерального штаба сухопутных войск Курт Цейцлер показательно сел на тот же ограниченный рацион питания, что и солдаты 6-й армии и в итоге похудел на 12 кг всего за две недели. Внешний вид генерал-полковника обеспокоил его коллег и подчиненных, о чем в своих мемуарах вспоминал Манштейн. В итоге Гитлера приказал начальнику штаба прекратить подобные эксперименты и, в знак солидарности с солдатами в окружении запретил распитие спиртного в ставке.
  • Из 300 ежедневных тонн груза, которые доставлялись авиацией, окруженной 6-й армии в декабре, только 14 тонн приходилось на питание и 75 процентов на горючее. В этом смысле вопрос питания в 6-й армии не был на повестке воздушного моста, в качестве приоритетного.
  • Так как у немецких дивизий, расположенных в степи вокруг города Сталинград не хватало строительных материалов, грузовики, в том числе, привозили из Сталинграда обломки зданий и разбирали дома местных сельских жителей.
  • Группа армий Б, находящаяся между Доном и Сталинградом, полагалась на 150 тысяч лошадей, быков и даже верблюдов, что не соответствует мифу о самой моторизированной армии в мире, которая бы просто остановилась без использования тяговой силы животных.
  • В сентябре 1942 года Геббельс дал указание установить в немецких городах путевые знаки с указанием расстояния до Сталинграда, как символ новой крайней границы все расширяющегося Третьего рейха.
  • 24 сентября лидер Хорватии Анте Павелич прилетал в Сталинград для осмотра своих войск.
  • В отличие от немцев, которым немецкая пропаганда и успехи последнего года (не считая Москву) обещали лёгкую победу над советскими войсками, советские солдаты знали о своей незавидной участи, о том, что придется умереть за родину, они боялись за своих близких. В определенном смысли, солдаты красной армии с самого начала были настроены на бой до конца.
  • После занятия большей части города немецкими войсками, Сталинградским евреям было приказано носить жёлтую повязку, а зондеркоманда 4а действовала в городе до конца сентября, устраивая локальные карательные акции в зоне непосредственной ответственности 6-й армии Паулюса.
  • В некоторых дивизиях красной армии было много солдат, не говоривших по-русски, призванных из дальних регионов страны, что усложняло командование и увеличивало потери в этих конкретных соединениях.
  • Русские солдаты делали из немецких листовок самокрутки, а за наличие такой расстреливали, ведь НКВД расценивала такой элемент поклажи, как вражескую пропаганду.
  • Так как позиции советских и немецких войск в городе Сталинград часто располагались очень близко, солдаты Вермахта расстилали свастику на земле для обозначения своих позиций, во время воздушных налетов Люфтваффе.
  • Так как большая часть мужчин уже были на фронте, защищать Сталинград на первом этапе пришлось женщинам. После объявления приказа о превращении Сталинграда в крепость, десятки тысяч местных жителей были заняты на сооружении оборонительных линий.
  • 22 июля 1942 года один из офицеров 6-й армии Паулюса зарегистрировал рекордные +53 *С в тени.
  • Немцы порой предупреждали русских пленных, содержавшихся в лагерях, что бежать нет смысла, так как НКВД расправиться с ними, как с предателями, которые уже попали в враг и могут быть перебежчиками или шпионами.
  • Успех Вермахта под Харьковом в мае 1942 года, в преддверие летней кампании, убедил Паулюса в гениальности Гитлера, как стратега и главнокомандующего, что позже сыграло трагическую роль в Сталинграде. Паулюс верил словам Гитлера и его способности вызволить 6-ю армию из окружения.
  • Командующий воздушным флотом в Сталинграде, Манфред Ринтгофен ответственный за бомбардировки Герники в Испании 26 апреля 1937 года, которую расценивают как военное преступление.
  • Среди вещих немецких солдат 6-й армии были презервативы, что странно для Восточного фронта, ведь гражданское население расценивалось немецкой идеологической системой как неполноценное.
  • После 1939 года антифашистская информация стала табу в Советском союзе, ведь де факто страны стали союзниками, и советские граждане не были готовы к жестокости и расизму, которые проявили немцы по отношению к гражданскому населению во время кампании на Востоке.
  • Судьба немецких солдат, плененных советскими войсками в 1941 году часто была незавидной, ведь не было возможности отправиться их в тыл в лагеря. Красная армия повсеместно отступала на большой территории и немногочисленных пленных просто расстреливали.